Было то или не было — жил в деревне Кирбали один крестьянин. Вот пошел он на работу и встречает другого, из деревни Зерти. — Давай побратаемся, — говорит кирбалец. — Давай! — говорит другой.
Пошли вместе. Что заработают, все поровну делят.
Вот однажды встретил этот кирбалец своего земляка. Хочет он угостить его, а денег нет. Призанял кирбалец у своего друга два пятака. Угостил земляка, выпил с ним, да так, что и не вспомнил друга своего ни разу. Даже за здоровье его не выпил. Ушел гость, а тот и говорит:
— Что это, брат, на мои деньги угостил земляка, а мне и не сказал ничего? Что бы тебе позвать и меня? Пришел бы я, еще денег добавил, выпил бы за ваше здоровье, повеселились бы.
— Такой у меня характер дурной, — говорит этот кирбалец. — Да что! Вот как займу деньги у кого, — умру, не отдам. У меня поживиться нечем.
— Да и у меня дурной характер, — говорит тот, — знаешь ведь нас, жителей Зерти! Я, если кто мне должен, хоть умри он, не отстану, в могиле возьму свое.
Вот кончили они работу. Получили деньги, делят, и говорит этот крестьянин из Зерти:
— Слушай, друг, ведь есть у тебя деньги, отдай мои два пятака.
— Нет, — говорит кирбалец, — теперь и у тебя есть, зачем тебе еще? А ты зайди ко мне в воскресенье, отдам.
Приходит тот в воскресенье.
Встретил его кирбалец радушно. Зарезал курицу, угостил честь-честью и отпустил:
— Нет у меня сейчас денег, приходи в другое воскресенье.
Пришел тот и во второе воскресенье. Опять радушно встретил его кирбалец, опять угостил, а денег не дал.
Ходит так каждое воскресенье крестьянин из Зерти к кирбальцу. Угощает его тот, кормит, поит, а денег не дает.
Вышли у кирбальца все куры, рассердилась жена, ругается:
— Что ты кормишь этого бездельника, отдай ему его два пятака. Уж и куры все вышли, корову, что ли, ему резать?
— Что же теперь делать, — говорит кирбалец, — похвастал я. Худо ли, хорошо ли, надо держаться.
Отдать теперь ему эти пятаки — позор мне. Я лучше притворюсь мертвым, а ты, как придет он, садись и плачь. Спросит он, ты и скажи, что меня холера убила. Испугается он, уйдет.
Пришло воскресенье. Показался крестьянин из Зерти, а кирбалец лег, вытянулся, что мертвый, не дышит.
— Здорово, кума, — говорит гость хозяйке.
— Будь здоров, — отвечает та, сама вздыхает.
— Что это ты грустна, кума, и где мой побратим?
— Эх, кум, горе, горе, холера его унесла.
Понял гость, какая холера унесла его друга, и говорит:
— Ах, ах, какое несчастье! Да уж что делать? Кто пособит в горе, как не я? Знаешь ведь, все разбегутся, как узнают, что у вас холера. Принеси-ка доски, сколочу гроб, отнесу, схороню его, не валяться же ему дома.
Заставил ее принести доски, сколотил гроб, уложил в него кирбальца, взвалил на спину и снес в одну старую церковь. Поставил гроб, а сам притаился, ждет. Настала ночь.
А в той стороне в ту пору разбойники завелись. Они по ночам в эту заброшенную церковь приходят и здесь награбленное делят.
Пришли и в эту ночь три разбойника, принесли мешок золота да серебра. Разложили все, поделили на три части, а еще у них сабля добрая. Никак ее не поделят.
— Давайте, — говорит один, — вот как решим: кто этому покойнику одним ударом той сабли голову отрубит, — пусть тому сабля и достанется.
— Нет, — говорит другой, — кто одним ударом надвое его рассечет — тому. А третий говорит:
— Нет, кто одним ударом обе ноги отрубит, — тому.
Лежит кирбалец в гробу, дрожит — вот-вот начнут рубить его. Лежал, лежал, да как вскочит вдруг, да закричит:
— Вставайте все мертвецы, старые да новые, ловите, хватайте разбойников! Перепугались разбойники. Побросали все золото и давай бежать.
Вышел крестьянин из Зерти, смеется:
— Так-то ты умер!
Досталось все это добро им одним.
Поделили они все по-братски, и говорит снова крестьянин из Зерти:
— Слушай, друг, отдай хоть сейчас мои два пятака. Нет, не дает кирбалец.
Пошла у них ссора, ругаются, до драки дело доходит.
А разбойники, как отбежали подальше да успокоились, решили узнать все же, вправду ли ожили мертвецы, старые да новые, или почудилось им все. Послали они одного из своих, что похрабрее был, поразузнать осторожно.
Пришел этот посланный, заглянул в церковь. Увидел его кирбалец, сорвал с него шапку и швырнул ее своему побратиму:
— Вот тебе за твои два пятака! Что, и теперь не отвяжешься? Побежал разбойник ни жив ни мертв от страха. Прибежал, еле дышит:
— Ох, братья, туда столько покойников набрело, что из всего добра по два пятака и то не каждому досталось, так и едят друг друга поедом. И с меня шапку содрали, тоже в дележ пошла, еле жив ушел.
Так кончилась история с долгом кирбальца.
Мор там, пир здесь,
Отсев там, мука здесь.
Комментариев пока нет